Владимир был в 19 лет именно таким богато одаренным, смелым, глубоко верующим в свое дело юношей. Что это, однако, было за дело и кто был тот Голиаф, с которым он решился вступить в бой? …Голиафом, с которым вступил в борьбу Владимир, был не тот или иной режим, - а несправедливость, произвол, беззаконие, откуда бы они ни исходили. И в этом смысле Владимир является типичнейшим представителем того гуманистического, демократического движения, которое возникло в последнее десятилетие среди русской интеллигенции и которое с каждым годом все ширится и набирает силу…
В ужасной атмосфере, среди сумасшедших, провел он I год и 4 месяца с ноября 1963 по 26 Февраля 1965г…
Если можно себе представить тип наиболее уравновешенного, гармоничного человека, - то это Владимир. Я никогда не видел его вышедшим из себя, произносящим какие-либо необдуманные слова, действующим в состоянии аффекта, Я никогда не замечал в нем ни малейшей "маниакальной одержимости". Он человек широкий, спокойный, обладающий чувством юмора. Всякая экстравагантность ему органически чужда, как совершенно чужда пошлость, грубость, задиристость. Владимир, однако, не только был признан сумасшедшим услужливыми психиатрами, - он был первым или одним из первых, признанным сумасшедшим по политическим мотивам…
И только такой абсолютно душевно здоровый человек, с железными нервами, как Владимир, мог пробыть в такой атмосфере почти полтора года и не свихнуться . Время с сентября 1965 по июль 1966 года Владимир проходит в кочевке по сумасшедшим домам; за это время он переменил 3 сумасшедших дома: в Люблино, Столбовой, институте им. Сербского. Он вышел и на этот раз крепким, сильным, здоровым духовно.
…Знакомство с Владимиром произвело на меня сильное впечатление. Уж очень он отличался от неврастенической, безалаберной, разбросанной молодежи из СМОГа. Затем мы встречались с Владимиром еще несколько раз. И, наконец, я увидел его в "деле" - во время организации 22 января 1967 г. демонстрации на Пушкинской площади в защиту арестованных Галанскова, Добровольского, Лашковой и Радзиевского. Здесь не место говорить о делах Владимира (это дело будущих историков). Скажу только, что слово "талант" звучит слишком слабо, когда речь идет о его организаторских способностях. Через несколько дней после демонстрации Владимир был арестован…
Я был на этом суде в качестве свидетеля и мне посчастливилось присутствовать при произнесении Владимиром его двухчасовой речи I сентября 1967 года…речь эта - одно из самых сильных впечатлений моей жизни. Дело тут не только в том, что Буковский - один из самых замечательных ораторов-, которых я слышал (и это говорит много лет работавший с митрополитом Александром Введенским, слышавший в детстве Троцкого, в юности Михоэлса и знавший лично почти всех замечательных проповедников своего времени, а в 20-х, 30-х годах их было немало). Самое главное - это то впечатление силы, уверенности в своей правоте, несгибаемой воли и достоинства, которые производил Буковский на суде. Содержание речи характеризует его мировоззрение.
Владимир выступал как сторонник строгой законности, гуманистических принципов, соблюдения справедливости. Он был осужден к 3 годам лагерей и вышел на волю лишь в январе 1970 г., Он отдает всю жизнь борьбе за правду, помощи страдающим людям, и в этом смысле, он, неверующий, в тысячу раз ближе к Христу, чем сотни так называемых "христиан", христианство которых заключается лишь в том, что они обивают церковные пороги. И я, христианин, открыто заявляю, что преклоняюсь перед неверующим Буковским, перед сияющим подвигом его жизни.
Буковский - исключительная, героическая личность. Крупнее его в настоящее время в России, может быть, никого нет. Но он - человек! И прежде всего - человек с нервами, с сердцем, с живой человеческой плотью и кровью. И поэтому я обращаюсь ко всем, от кого это зависит: не делайте лишней жестокости, освободите отважного молодого витязя - замечательного русского человека. Это будет больше, чем справедливый поступок - это будет государственная мудрость и это будет первый шаг к примирению с молодыми демократическими силами России, шаг, который будет должным образом оценен.
Я обращаюсь ко всем моим друзьям и читателям: присоединитесь к моему требованию об освобождении Владимира Буковского. И я твердо верю, что увижу его свободным и его гуманистические идеи торжествующими, ибо «не мечом и копьем спасает Господь, ибо это - война Господа».
7 апреля 1971 года
Благовещение Пресвятой Богородицы